Прикладные словари

Справочные словари

Толковые словари

Жаргонные словари

Гуманитарные словари

Технические словари



Что такое Юмор? Значение и толкование слова jumor, определение термина


1) Юмор - (от лат. humor - влага, жидкость) - разновидность переживания, предполагающего смешение серьезного и комического, при особом преобладании положительного момента последнего. В отличие от иронии, сатиры или остроты, интеллектуальных по своей сущности, Ю. является проявлением всего душевного склада человека . Особенностью Ю. в противоположность другим разновидностям комического, склонным к усмотрению и высмеиванию несоответствия между претензией явления и его действительным содержанием , низводящим его к ничтожному, Ю. может демонстрировать видение возвышенного в малом или нисхождение к несовершенному. Действие иронии или сатиры направлено на вскрытие ничтожного за мнимой претенциозностью; действие Ю. обратное: оно раскрывает правомерность того, что на первый взгляд представляется смешным. В этом обнаруживается его пафос принятия мира во всей полноте, в то время как в иронии происходит отторжение мира. Классическое представление о Ю. складывается в XVIII в. Тогда же происходит и обретение им категориального статуса. Первую детальную разработку понятие Ю. получает в эпоху романтизма у Ж. П. Рихтера, который увидел в нем такую форму комического, в которой отражается связь бесконечного мира идей и конечной действительности явлений, т. о., что в юмористической улыбке или смехе содержится и скорбь и величие. Ю. в эстетике Гегеля связан с разложением заключительной, "романтической" формы искусства. Он различает " субъективный юмор " и " объективный юмор". Первый представляет собой ассоциативную игру художественной фантазии и сопоставим с критикуемой им иронией. Второй противоположен ему и соответствует внутреннему движению духа, всецело отдающегося своему предмету . Согласно Шопенгауэру, причина Ю. лежит в вечном столкновении возвышенного умонастроения с чуждым ему низменным миром. При рассмотрении одного через другое открывается двойное несоответствие, которое порождает Ю. как впечатление намеренно смешного, через которое просматривает серьезное. По Кьеркегору, Ю. возникает в момент преодоления трагического, на переходе личности от "этической" к "религиозной" стадии существования. Ю. способен примирить человека с " болью ", от которой на этической стадии пыталось абстрагироваться " отчаяние ". Согласно датскому философу , "непосредственный" человек - человек, лишенный всякой рефлексии, - оказавшись в состоянии отчаяния, может быть беспредельно комичен. Ибо, попав в это состояние , он не желает быть собою или еще хуже - желает быть другим. Непосредственность в основе своей не осознает себя и не имеет никакого Я. "Как же тогда она могла бы узнать себя?" Поэтому ее стремления оборачиваются бурлеском. Человек непосредственности, отчаиваясь, "помогает" себе особым образом - желая быть другим. В час отчаяния его первое желание - оказаться в прошлом или стать другим. Такой человек беспредельно комичен. Когда же непосредственное смешано с некоторой долей рефлексии о самом себе, отчаяние несколько видоизменяется. Продвижение вперед по сравнению с чисто непосредственным здесь состоит в том, что отчаяние уже не является просто пассивным подчинением внешним причинам, но в определенной степени личным усилием. Здесь действительно имеется некоторая степень внутренней рефлексии, а стало быть, и возращения к Я. Психоанализ рассматривает Ю. с позиции экономической и защитной функций человеческой психики. Вначале Фрейд раскрывал Ю. только с психоэкономической т. зр. (1905 г.). Он выявил источник удовольствия от Ю. и показал, что его привлекательность вытекает из сокращения затрат на эмоции . Сущность Ю. состоит в ослаблении аффектов, к которым человека как бы подталкивает ситуация , и он шуткой отделывается от возможности проявления чувств. Позднее, в 1925 г., Фрейд формулирует еще одну особенность Ю., находя в нем не только нечто освобождающее, но и нечто грандиозное и воодушевляющее. Грандиозное состоит в торжестве нарциссизма , в котором утверждается неприкосновенность личности. Я отказывается нести урон под влиянием реальности, принуждающей к страданию, при этом оно настаивает, что потрясения внешнего мира не в состоянии затронуть его, более того, демонстрирует, что они - всего лишь повод получить удовольствие . Согласно Фрейду, это Я не элементарно, а включает как в свое ядро особую инстанцию Сверх-Я, с которым иногда сливается, так что мы не в состоянии различить их. Сверх-Я, по своему происхождению, - наследник родительской инстанции, часто держит Я в строгой зависимости, на самом деле обращается с ним, как некогда родители. Т. о. получается динамическое объяснение юмористической установки. Ее суть предполагается в том, что личность юмориста сняла психический акцент со своего Я и перенесла его на свое Сверх-Я. Этому весьма увеличившемуся Сверх-Я Я может теперь показаться крошечным, любые его интересы ничтожными, а при таком новом распределении энергии Сверх-Я должно легко удасться подавление возможных реакций Я. Неклассический способ описания Ю. мы находим у Батая и Деррида. Они усматривают комический эффект в гегелевской диалектике господина и раба, а вслед за нею смысла , дискурса и истории в целом. Батай обращает внимание на абсолютную привилегию раба, ибо истина господина заключена в рабе, а раб, ставший господином, остается "вытесненным" рабом. Только через опосредование рабским сознанием в движении признания господин соответствует себе и образуется самосознание ; но в то же время оно образуется через опосредование вещью . Для раба вещь есть прежде всего сущность, которую он может отрицать только "обрабатывая" ее; так он стопорит свое вожделение и откладывает исчезновение вещи . Сохранять жизнь , удерживаться в ней, трудиться и отсрочивать наслаждение - таково рабское условие господства и всей истории, которую оно делает возможной. Независимость самосознания становится смешной в тот момент, когда она освобождается, закабаляя себя, когда она вступает в работу, т. е. диалектику. Только смех не укладывается в диалектику. Он раздается лишь в миг отказа от смысла. Действие смеха раскрывает различие между господством и суверенностью. Смех, конституирующий суверенность, не является отрицающим, ибо суверенность также нуждается в жизни. Смешно именно закабаление очевидностью смысла. Абсолютная комичность, согласно Деррида, - это тоска перед лицом безвозмездной растраты, перед лицом абсолютного жертвования смыслом. Согласно Делезу, Ю. совершается на уровне чистого события или "поверхности" в соразмерном действии друг на друга нонсенса и смысла. Он противопоставляет Ю. разным видам иронии - сократической, классической и романтической. Ирония осуществляет себя или в соразмерности бытия и индивидуальности, или в соразмерности Я и представления. В Ю. происходит "сниз-хождение" до мира и его принятие. Это - жест "теплоты", тогда как ирония своим отрицающим действием интеллектуальной "высоты" являет жест "холода". Первым, кто испытал действие Ю., его двойное устранение высоты и глубины ради "поверхности", полагает Делез, был мудрец -стоик. Действуя на "поверхности", мудрец открывает объекты -события, коммуницирующие в пустоте, образующей их субстанцию. Событий здесь возможно как тождество формы и пустоты, где оно не объект обозначения, а скорее, объект выражения. Оно - не настоящее , а всегда либо то, что уже в прошлом, либо то, что вот-вот произойдет. (Как говорил Хрисипп : "Чего ты не потерял, то ты имеешь. Рогов ты не потерял, стало быть ты рогат".) Отсутствие и отрицание уже не выражают ничего негативного, но высвобождают чистое выражаемое с его двумя неравными половинами. Одной половине всегда недостает другой , поскольку она перевешивает именно в силу собственной ущербности. Пронизывая отмененные значения и утраченные положения вещей, пустота становится местом смысла - события, гармонично уравновешенного своим нонсенсом, - местом, где место только и имеет место. Здесь начинает говорить уже не индивидуальное или личность, но само основание , сводящее на нет первые два. С. А. Азаренко
2) Юмор - - чувство , позволяющее человеку конструктивно относиться к решению сложных драматических задач. Рассмотрим анекдот . Чукча выступает на съезде: "Товарищи! До Великой Октябрьской социалистической революции мы, чукчи, испытывали два чувства : чувство голода и чувство холода. Теперь мы испытываем три чувства: чувство голода, чувство холода и чувство глубокого удовлетворения!" Осовременим его. Чукча выступает на съезде: "Господа! До Великих Реформ мы, чукчи, испытывали три чувства: чувство голода, чувство холода и чувство глубокого удовлетворения. Теперь наше мироощущение заметно обогатилось - мы стали испытывать еще и чувство полного разочарования!" Юмор тесно связан со смехом, но не всегда, иногда - со слезами. Ассоциативный блок. Полковники не бегают, так как в мирное время это вызывает смех , а в военное - панику.
3) Юмор - остроты, шутки и т.п., созданные в результате парадоксальных, иронических социальных и языковых ситуаций, и их изображение в литературе, искусстве и театре . Хотя юмор является универсальной особенностью человеческих обществ и о нем имеется разнообразная литература , философское осмысление его природы и роли в душевном (духовном), социальном и телесном здоровье человека еще предстоит осуществить.
4) Юмор - (лат. - влажность) - согласно античному учению, правильная мера влажности, т.е. "здоровые соки" в человеке , достаточно обоснованное хорошее настроение . Юмор видит в серьезном и великом незначительное и мелкое, не порицая, однако, первого разрушительной критикой. И наоборот, в противоречащем разуму юмор усматривает разумное. В противоположность сатире он лишен остроты и опирается на серьезность, любовь и большую свободу духа. Юмор по своей сути имеет глубокую связь с философской позицией. Юморист всегда занимается метафизикой (Фр. Т. Фишер). Жан Поль в этом смысле говорит о "юмористической тотальности" мировоззрения. Геффинг отличает "большой юмор" как мировоззрение от "мелкого юмора" повседневности, который, однако, не является ни мелким, ни неважным, напротив, в повседневности он весьма способствует благоприятной совместной жизни людей. Юмор - это основанная на большой силе характера высшая форма самоутверждения по отношению к бессмысленности бытия и злого случая, по отношению к человеческой злонамеренности. Юмор является также средством правильно познать самого себя, не недооценивать и не переоценивать себя. Кто не может сам себя сделать лучшим, тот, конечно, не из лучших (Гёте).
Юмор

(от лат. humor - влага, жидкость) - разновидность переживания, предполагающего смешение серьезного и комического, при особом преобладании положительного момента последнего. В отличие от иронии, сатиры или остроты, интеллектуальных по своей сущности, Ю. является проявлением всего душевного склада человека . Особенностью Ю. в противоположность другим разновидностям комического, склонным к усмотрению и высмеиванию несоответствия между претензией явления и его действительным содержанием , низводящим его к ничтожному, Ю. может демонстрировать видение возвышенного в малом или нисхождение к несовершенному. Действие иронии или сатиры направлено на вскрытие ничтожного за мнимой претенциозностью; действие Ю. обратное: оно раскрывает правомерность того, что на первый взгляд представляется смешным. В этом обнаруживается его пафос принятия мира во всей полноте, в то время как в иронии происходит отторжение мира. Классическое представление о Ю. складывается в XVIII в. Тогда же происходит и обретение им категориального статуса. Первую детальную разработку понятие Ю. получает в эпоху романтизма у Ж. П. Рихтера, который увидел в нем такую форму комического, в которой отражается связь бесконечного мира идей и конечной действительности явлений, т. о., что в юмористической улыбке или смехе содержится и скорбь и величие. Ю. в эстетике Гегеля связан с разложением заключительной, "романтической" формы искусства. Он различает " субъективный юмор " и " объективный юмор". Первый представляет собой ассоциативную игру художественной фантазии и сопоставим с критикуемой им иронией. Второй противоположен ему и соответствует внутреннему движению духа, всецело отдающегося своему предмету . Согласно Шопенгауэру, причина Ю. лежит в вечном столкновении возвышенного умонастроения с чуждым ему низменным миром. При рассмотрении одного через другое открывается двойное несоответствие, которое порождает Ю. как впечатление намеренно смешного, через которое просматривает серьезное. По Кьеркегору, Ю. возникает в момент преодоления трагического, на переходе личности от "этической" к "религиозной" стадии существования. Ю. способен примирить человека с " болью ", от которой на этической стадии пыталось абстрагироваться " отчаяние ". Согласно датскому философу , "непосредственный" человек - человек, лишенный всякой рефлексии, - оказавшись в состоянии отчаяния, может быть беспредельно комичен. Ибо, попав в это состояние , он не желает быть собою или еще хуже - желает быть другим. Непосредственность в основе своей не осознает себя и не имеет никакого Я. "Как же тогда она могла бы узнать себя?" Поэтому ее стремления оборачиваются бурлеском. Человек непосредственности, отчаиваясь, "помогает" себе особым образом - желая быть другим. В час отчаяния его первое желание - оказаться в прошлом или стать другим. Такой человек беспредельно комичен. Когда же непосредственное смешано с некоторой долей рефлексии о самом себе, отчаяние несколько видоизменяется. Продвижение вперед по сравнению с чисто непосредственным здесь состоит в том, что отчаяние уже не является просто пассивным подчинением внешним причинам, но в определенной степени личным усилием. Здесь действительно имеется некоторая степень внутренней рефлексии, а стало быть, и возращения к Я. Психоанализ рассматривает Ю. с позиции экономической и защитной функций человеческой психики. Вначале Фрейд раскрывал Ю. только с психоэкономической т. зр. (1905 г.). Он выявил источник удовольствия от Ю. и показал, что его привлекательность вытекает из сокращения затрат на эмоции . Сущность Ю. состоит в ослаблении аффектов, к которым человека как бы подталкивает ситуация , и он шуткой отделывается от возможности проявления чувств. Позднее, в 1925 г., Фрейд формулирует еще одну особенность Ю., находя в нем не только нечто освобождающее, но и нечто грандиозное и воодушевляющее. Грандиозное состоит в торжестве нарциссизма , в котором утверждается неприкосновенность личности. Я отказывается нести урон под влиянием реальности, принуждающей к страданию, при этом оно настаивает, что потрясения внешнего мира не в состоянии затронуть его, более того, демонстрирует, что они - всего лишь повод получить удовольствие . Согласно Фрейду, это Я не элементарно, а включает как в свое ядро особую инстанцию Сверх-Я, с которым иногда сливается, так что мы не в состоянии различить их. Сверх-Я, по своему происхождению, - наследник родительской инстанции, часто держит Я в строгой зависимости, на самом деле обращается с ним, как некогда родители. Т. о. получается динамическое объяснение юмористической установки. Ее суть предполагается в том, что личность юмориста сняла психический акцент со своего Я и перенесла его на свое Сверх-Я. Этому весьма увеличившемуся Сверх-Я Я может теперь показаться крошечным, любые его интересы ничтожными, а при таком новом распределении энергии Сверх-Я должно легко удасться подавление возможных реакций Я. Неклассический способ описания Ю. мы находим у Батая и Деррида. Они усматривают комический эффект в гегелевской диалектике господина и раба, а вслед за нею смысла , дискурса и истории в целом. Батай обращает внимание на абсолютную привилегию раба, ибо истина господина заключена в рабе, а раб, ставший господином, остается "вытесненным" рабом. Только через опосредование рабским сознанием в движении признания господин соответствует себе и образуется самосознание ; но в то же время оно образуется через опосредование вещью . Для раба вещь есть прежде всего сущность, которую он может отрицать только "обрабатывая" ее; так он стопорит свое вожделение и откладывает исчезновение вещи . Сохранять жизнь , удерживаться в ней, трудиться и отсрочивать наслаждение - таково рабское условие господства и всей истории, которую оно делает возможной. Независимость самосознания становится смешной в тот момент, когда она освобождается, закабаляя себя, когда она вступает в работу, т. е. диалектику. Только смех не укладывается в диалектику. Он раздается лишь в миг отказа от смысла. Действие смеха раскрывает различие между господством и суверенностью. Смех, конституирующий суверенность, не является отрицающим, ибо суверенность также нуждается в жизни. Смешно именно закабаление очевидностью смысла. Абсолютная комичность, согласно Деррида, - это тоска перед лицом безвозмездной растраты, перед лицом абсолютного жертвования смыслом. Согласно Делезу, Ю. совершается на уровне чистого события или "поверхности" в соразмерном действии друг на друга нонсенса и смысла. Он противопоставляет Ю. разным видам иронии - сократической, классической и романтической. Ирония осуществляет себя или в соразмерности бытия и индивидуальности, или в соразмерности Я и представления. В Ю. происходит "сниз-хождение" до мира и его принятие. Это - жест "теплоты", тогда как ирония своим отрицающим действием интеллектуальной "высоты" являет жест "холода". Первым, кто испытал действие Ю., его двойное устранение высоты и глубины ради "поверхности", полагает Делез, был мудрец -стоик. Действуя на "поверхности", мудрец открывает объекты -события, коммуницирующие в пустоте, образующей их субстанцию. Событий здесь возможно как тождество формы и пустоты, где оно не объект обозначения, а скорее, объект выражения. Оно - не настоящее , а всегда либо то, что уже в прошлом, либо то, что вот-вот произойдет. (Как говорил Хрисипп : "Чего ты не потерял, то ты имеешь. Рогов ты не потерял, стало быть ты рогат".) Отсутствие и отрицание уже не выражают ничего негативного, но высвобождают чистое выражаемое с его двумя неравными половинами. Одной половине всегда недостает другой , поскольку она перевешивает именно в силу собственной ущербности. Пронизывая отмененные значения и утраченные положения вещей, пустота становится местом смысла - события, гармонично уравновешенного своим нонсенсом, - местом, где место только и имеет место. Здесь начинает говорить уже не индивидуальное или личность, но само основание , сводящее на нет первые два. С. А. Азаренко

- чувство , позволяющее человеку конструктивно относиться к решению сложных драматических задач. Рассмотрим анекдот . Чукча выступает на съезде: "Товарищи! До Великой Октябрьской социалистической революции мы, чукчи, испытывали два чувства : чувство голода и чувство холода. Теперь мы испытываем три чувства: чувство голода, чувство холода и чувство глубокого удовлетворения!" Осовременим его. Чукча выступает на съезде: "Господа! До Великих Реформ мы, чукчи, испытывали три чувства: чувство голода, чувство холода и чувство глубокого удовлетворения. Теперь наше мироощущение заметно обогатилось - мы стали испытывать еще и чувство полного разочарования!" Юмор тесно связан со смехом, но не всегда, иногда - со слезами. Ассоциативный блок. Полковники не бегают, так как в мирное время это вызывает смех , а в военное - панику.

остроты, шутки и т.п., созданные в результате парадоксальных, иронических социальных и языковых ситуаций, и их изображение в литературе, искусстве и театре . Хотя юмор является универсальной особенностью человеческих обществ и о нем имеется разнообразная литература , философское осмысление его природы и роли в душевном (духовном), социальном и телесном здоровье человека еще предстоит осуществить.

(лат. - влажность) - согласно античному учению, правильная мера влажности, т.е. "здоровые соки" в человеке , достаточно обоснованное хорошее настроение . Юмор видит в серьезном и великом незначительное и мелкое, не порицая, однако, первого разрушительной критикой. И наоборот, в противоречащем разуму юмор усматривает разумное. В противоположность сатире он лишен остроты и опирается на серьезность, любовь и большую свободу духа. Юмор по своей сути имеет глубокую связь с философской позицией. Юморист всегда занимается метафизикой (Фр. Т. Фишер). Жан Поль в этом смысле говорит о "юмористической тотальности" мировоззрения. Геффинг отличает "большой юмор" как мировоззрение от "мелкого юмора" повседневности, который, однако, не является ни мелким, ни неважным, напротив, в повседневности он весьма способствует благоприятной совместной жизни людей. Юмор - это основанная на большой силе характера высшая форма самоутверждения по отношению к бессмысленности бытия и злого случая, по отношению к человеческой злонамеренности. Юмор является также средством правильно познать самого себя, не недооценивать и не переоценивать себя. Кто не может сам себя сделать лучшим, тот, конечно, не из лучших (Гёте).

Возможно Вам будет интересно узнать лексическое, прямое или переносное значение этих слов:

Язык - наиболее объемлющее и наиболее дифференцированное средство выражения, ...
Янсенизм - теологическое движение названное по имени нидерл. теолога ...
Ясновидение - (франц. clairvoyance ясное видение ) обладание информацией, ...
Язык - — знаковая система любой физической природы, выполняющая познавательную ...
Янсенизм - — религиозно политическое течение, распространенное в Нидерландах и ...
Абсолют - Самосуществующая метафизическая субстанция, характеризующаяся полнотой, самостоятельностью, завершенностью, негеометрической ...
Антиабсолют - Асимметричная противоположность абсолюта характеризующаяся отрицательной протяженностью антисубстанциональностью, самоуничтожающейся ...
Антиинформация - Бесструктурнотонический (бесструктурнотоновый, нерациональный) аналог сообщения (сигнала). Конкретная антиинформационная ...
Антилогос - См. пояснение в ст. ЭРОС ЛОГОС ХАОС . ...
Абстрактность - характеристика культуры, социальных отношений, воспроизводственной деятельности, составляющая ...


Ссылка для сайта или блога:
Ссылка для форума (bb-код):
Код нашей кнопки: