Прикладные словари

Справочные словари

Толковые словари

Жаргонные словари

Гуманитарные словари

Технические словари



Главная Биографический словарь Слова на букву Я Якубович Петр Филиппович

Что такое Якубович Петр Филиппович? Значение и толкование слова jakubovich petr filippovich, определение термина


Якубович Петр Филиппович - Якубович (Петр Филиппович) - известный писатель (как поэт под инициалами П. Я., как беллетрист под псевдонимом Л. Мельшин, как критик под псевдонимом П.Ф. Гриневич). Родился в 1860 г. в Новгородской губернии; происходит из стародворянской семьи. В 1882 г. окончил курс на филологическом факультете Санкт-Петербургского университета со степенью кандидата. В 1884 г. был заключен в Петропавловскую крепость, где пробыл около 3-х лет. В 1887 г. по так называемому процессу Лопатина был приговорен военным судом к смертной казни, замененной, по конфирмации, 18 годами каторжных работ. До 1890 г. отбывал наказание в Карийской (Нерчинского округа) политической тюрьме, затем был переведен в общеуголовную Акатуйскую каторжную тюрьму и три года работал в рудниках. Ряд манифестов сократил срок наказания; в 1895 г. Якубович был отправлен на поселение в Курган, Тобольской губернии; в 1899 г. заболел сильным нервным расстройством и получил разрешение лечиться сначала в Казани, затем в Петербурге. Начало литературной деятельности Якубовича относится к 1878 г., когда он стал помещать стихотворения в ""Деле"". В следующие годы, кроме ""Дела"", стихи его печатались в ""Слове"", ""Отечественных Записках"", ""Устоях"", ""Живописном Обозрении"", ""Вестнике Европы"" и др. В 1881 г. издал, вместе с другими товарищами, в пользу студентов Санкт-Петербургского университета, литературный сборник ""Отклик""; в 1882, г. стараясь поддержать погибавший артельный журнал ""Русское Богатство"" (перешедший затем к Л.Е. Оболенскому ), писал там чрезвычайно много во всех отделах - стихи, повести, критические статьи и внутреннюю хронику. В 1887 г. был издан родными Якубовича, под псевдонимом Рамшева, небольшой сборник его стихотворений. Литературная деятельность Якубовича возобновилась лишь в 1895 г. в ""Русском Богатстве"", редактора Н.К. Михайловского . Здесь кроме стихов печатались его очерки каторжной жизни: ""В мире отверженных"", за подписью Л. Мельшин, и ряд критических статей и рецензий, преимущественно о поэтах. Отдельным изданием вышли: 1) ""Стихотворения"" (том I, Санкт-Петербург, 1898). Книжка имела блестящий успех и в 1903 г. вышла 5-м изданием. В 1899 г., без ведома автора, книга была предоставлена в Академию Наук на соискание Пушкинской премии и получила почетный отзыв. Том II вышел в 1901 г. (второе издание в 1902 г.). 2) ""Мир отверженных""; том I вышел в 1896 г. и выдержал 3 издания, том II - 2 издания. 3) ""Пасынки жизни. Рассказы"". С 1901 г. имели 2 издания. 4) ""Очерки русской поэзии"" (1903). 5) ""Русская муза. Собрание лучших стихотворений русских поэтов XIX века"" (1904). ""Мир отверженных"" переведен на немецкий и французский языки. - Проникнутые замечательным единством настроения, стихи П. Якубовича отводят ему одно из первых мест среди поэтом Некрасовской школы. Это певец борьбы, с первых шагов на поэтическом поприще понявший свою литературную задачу как призыв к отстаиванию дорогих ему идеалов народного счастья. Страстный любитель поэзии во всех ее видах, он, однако же, сознательно отказался от изображения идиллических сторон жизни: ""я также петь бы мог заката пышный блеск, луны сребристый рог, волны дремотный плеск"". Но рано его ""прозревший взор"" увидел ""в печали край родной"" и его душой завладело ""одно лишь желанье великое, чтоб солнцу любви и свободы святой уступило насилие дикое"". Он отверг мечты о личном счастье: ""спокойное счастье преступно и ложно, когда всюду кругом безотрадно - темно""; он познал ""иного бога власть, иной тоски огонь неугасимый, святой любви к стране своей родимой неумирающую страсть"". Нелегко далось такое решение: ""сердце бьется тревожно и страстно и душа молодая не властна грезы личного счастья проклясть"". Но подвиг зовет, и на ""алтарь свободы"" боец несет ""и жар души, еще не утоленный, и крепость мышц, и силу воли гордой, и правый гнев, и правую любовь"". Он был побежден, но это нимало не сломило его духа. Оплакивая судьбу своего ""поколения проклятого Богом"", Якубович всего менее, однако, стал нытиком. Он не сомневается в том, что в будущем его идеалы восторжествуют; он знает, что решает дело ""вал девятый, вал последний, роковой"", но для этого ""нужны первые усилья, нужен первый вал, второй"", и он с радостным чувством обрекает себя участи первых, бесплодных валов. В частности, по отношению к бойцам-певцам, он убежден, что ""песнь полней, светлей и чище выходит из страдавших уст""; он думает, что ""самой судьбой для русской музы даны скитанья, скорби узы, и без тернового венца, что слава русского певца!"" Ни на какие компромиссы он не пойдет: ""жизнь - борьба, а не рабство... сберегай горделиво до конца свою верность и честь"". ""Беги, мечта любви, мечта о примирении, прочь песни рабские унынья и тоски; я весь огонь и меч, я весь порыв отмщенья, и гнева я певец до гробовой доски"". Эта бодрость находится в органической связи с оптимистической уверенностью, что победа идеалов певца принесет с собой несказанное счастье: ""я знаю - на костях погибших поколений любви и счастия прекрасный цвет взойдет; кровь жаркая бойцов и слезы их мучений лишь почву умягчат, чтоб дать роскошный плод. Из груды их крестов создастся ряд ступеней, ведущих род людской к высоким небесам: свершится дивный сон и светлых райских сеней достигнет человек и богом станет сам. О, как горит звезда неведомого счастья, как даль грядущего красна и широка, что значит перед ней - весь этот мрак ненастья, всех этих мук и слез безумные века"". Этот светлый оптимизм стоит также в тесной связи с одной из чрезвычайно характерных черт поэзии П. Якубовича: сердце этого сурового и непреклонного бойца полно необыкновенной нежности. Его стыдливо-страстные обращения к подруге жизни, к родным по духу и по крови полны самого задушевного чувства, а превосходное стихотворение ""Сестре"" принадлежит к числу самых трогательных произведений русской поэзии. Как поэт-переводчик, П. Якубович совсем иной. Он не только охотно переводит таких представителей ""чистой"" поэзии, как Сюлли-Прюдом, но является главным переводчиком на русский язык того поэта, которого современное ""декадентство"" и символизм считают своим родоначальником - Бодлера. В числе ""переводов"" П. Якубовича, правда, имеются ""тюремные мелодии"" Чезаре Николлини (""Тюрьма, как некий храм, я помню в детства годы пленяла юный ум суровой красотой"") и ""Ирландские песни"" О'Коннора, но этих поэтов столь же трудно отыскать в истории литературы, как и того ""поэта"" Лару, с именем которого напечатано одно из стихотворений Некрасова . Как критик русских поэтов, Якубович-Гриневич гораздо одностороннее; его ""Очерки русской поэзии"" недостаточно справедливо относятся к поэтам чуждых П. Якубовичу настроений. С такой же односторонностью составлена хрестоматия ""Русская муза"". - Пользуясь, как поэт, симпатиями определенной части читающей публики, Якубович-Мельшин встретил всеобщее признание своим ""Миром отверженных"". Критика всех направлений признала, что после ""Мертвого дома"" Достоевского - это самое замечательное изображение тюремного мира. Не проводя в праздных по своей несоизмеримости параллелей между гениальным психологическим захватом Достоевского и просто талантливыми очерками Мельшина, следует, однако, заметить, что ""Мир отверженных"", как сумма реальных наблюдений, дает гораздо больше, чем ""Мертвый дом"". В противоположность Достоевскому, который перенес на арестантов часть своей собственной психологии, Мельшин замечателен трезвым отношением к товарищам по каторге того ""Ивана Николаевича"", от имени которого ведется рассказ. Он чужд всякой идеализации и глубокую безнадежную испорченность тюремного люда нарисовал с такою беспощадностью, что заслужил даже упреки со стороны некоторых народолюбцев. Тем более отрадное и бодрящее впечатление производят далеко не бесплодные попытки ""Ивана Николаевича"" поднять нравственный уровень тюрьмы живым общением с нею на почве обучения грамоте, чтения вслух Пушкина , Гоголя , Лермонтова . В чисто литературном отношении лучшим эпизодом ""Мира отверженных"" является трогательно-поэтической рассказ о смерти по несчастной случайности попавшего в тюрьму юноши-киргиза Маразгали. С. Венгеров.
Якубович Петр Филиппович

Якубович (Петр Филиппович) - известный писатель (как поэт под инициалами П. Я., как беллетрист под псевдонимом Л. Мельшин, как критик под псевдонимом П.Ф. Гриневич). Родился в 1860 г. в Новгородской губернии; происходит из стародворянской семьи. В 1882 г. окончил курс на филологическом факультете Санкт-Петербургского университета со степенью кандидата. В 1884 г. был заключен в Петропавловскую крепость, где пробыл около 3-х лет. В 1887 г. по так называемому процессу Лопатина был приговорен военным судом к смертной казни, замененной, по конфирмации, 18 годами каторжных работ. До 1890 г. отбывал наказание в Карийской (Нерчинского округа) политической тюрьме, затем был переведен в общеуголовную Акатуйскую каторжную тюрьму и три года работал в рудниках. Ряд манифестов сократил срок наказания; в 1895 г. Якубович был отправлен на поселение в Курган, Тобольской губернии; в 1899 г. заболел сильным нервным расстройством и получил разрешение лечиться сначала в Казани, затем в Петербурге. Начало литературной деятельности Якубовича относится к 1878 г., когда он стал помещать стихотворения в ""Деле"". В следующие годы, кроме ""Дела"", стихи его печатались в ""Слове"", ""Отечественных Записках"", ""Устоях"", ""Живописном Обозрении"", ""Вестнике Европы"" и др. В 1881 г. издал, вместе с другими товарищами, в пользу студентов Санкт-Петербургского университета, литературный сборник ""Отклик""; в 1882, г. стараясь поддержать погибавший артельный журнал ""Русское Богатство"" (перешедший затем к Л.Е. Оболенскому ), писал там чрезвычайно много во всех отделах - стихи, повести, критические статьи и внутреннюю хронику. В 1887 г. был издан родными Якубовича, под псевдонимом Рамшева, небольшой сборник его стихотворений. Литературная деятельность Якубовича возобновилась лишь в 1895 г. в ""Русском Богатстве"", редактора Н.К. Михайловского . Здесь кроме стихов печатались его очерки каторжной жизни: ""В мире отверженных"", за подписью Л. Мельшин, и ряд критических статей и рецензий, преимущественно о поэтах. Отдельным изданием вышли: 1) ""Стихотворения"" (том I, Санкт-Петербург, 1898). Книжка имела блестящий успех и в 1903 г. вышла 5-м изданием. В 1899 г., без ведома автора, книга была предоставлена в Академию Наук на соискание Пушкинской премии и получила почетный отзыв. Том II вышел в 1901 г. (второе издание в 1902 г.). 2) ""Мир отверженных""; том I вышел в 1896 г. и выдержал 3 издания, том II - 2 издания. 3) ""Пасынки жизни. Рассказы"". С 1901 г. имели 2 издания. 4) ""Очерки русской поэзии"" (1903). 5) ""Русская муза. Собрание лучших стихотворений русских поэтов XIX века"" (1904). ""Мир отверженных"" переведен на немецкий и французский языки. - Проникнутые замечательным единством настроения, стихи П. Якубовича отводят ему одно из первых мест среди поэтом Некрасовской школы. Это певец борьбы, с первых шагов на поэтическом поприще понявший свою литературную задачу как призыв к отстаиванию дорогих ему идеалов народного счастья. Страстный любитель поэзии во всех ее видах, он, однако же, сознательно отказался от изображения идиллических сторон жизни: ""я также петь бы мог заката пышный блеск, луны сребристый рог, волны дремотный плеск"". Но рано его ""прозревший взор"" увидел ""в печали край родной"" и его душой завладело ""одно лишь желанье великое, чтоб солнцу любви и свободы святой уступило насилие дикое"". Он отверг мечты о личном счастье: ""спокойное счастье преступно и ложно, когда всюду кругом безотрадно - темно""; он познал ""иного бога власть, иной тоски огонь неугасимый, святой любви к стране своей родимой неумирающую страсть"". Нелегко далось такое решение: ""сердце бьется тревожно и страстно и душа молодая не властна грезы личного счастья проклясть"". Но подвиг зовет, и на ""алтарь свободы"" боец несет ""и жар души, еще не утоленный, и крепость мышц, и силу воли гордой, и правый гнев, и правую любовь"". Он был побежден, но это нимало не сломило его духа. Оплакивая судьбу своего ""поколения проклятого Богом"", Якубович всего менее, однако, стал нытиком. Он не сомневается в том, что в будущем его идеалы восторжествуют; он знает, что решает дело ""вал девятый, вал последний, роковой"", но для этого ""нужны первые усилья, нужен первый вал, второй"", и он с радостным чувством обрекает себя участи первых, бесплодных валов. В частности, по отношению к бойцам-певцам, он убежден, что ""песнь полней, светлей и чище выходит из страдавших уст""; он думает, что ""самой судьбой для русской музы даны скитанья, скорби узы, и без тернового венца, что слава русского певца!"" Ни на какие компромиссы он не пойдет: ""жизнь - борьба, а не рабство... сберегай горделиво до конца свою верность и честь"". ""Беги, мечта любви, мечта о примирении, прочь песни рабские унынья и тоски; я весь огонь и меч, я весь порыв отмщенья, и гнева я певец до гробовой доски"". Эта бодрость находится в органической связи с оптимистической уверенностью, что победа идеалов певца принесет с собой несказанное счастье: ""я знаю - на костях погибших поколений любви и счастия прекрасный цвет взойдет; кровь жаркая бойцов и слезы их мучений лишь почву умягчат, чтоб дать роскошный плод. Из груды их крестов создастся ряд ступеней, ведущих род людской к высоким небесам: свершится дивный сон и светлых райских сеней достигнет человек и богом станет сам. О, как горит звезда неведомого счастья, как даль грядущего красна и широка, что значит перед ней - весь этот мрак ненастья, всех этих мук и слез безумные века"". Этот светлый оптимизм стоит также в тесной связи с одной из чрезвычайно характерных черт поэзии П. Якубовича: сердце этого сурового и непреклонного бойца полно необыкновенной нежности. Его стыдливо-страстные обращения к подруге жизни, к родным по духу и по крови полны самого задушевного чувства, а превосходное стихотворение ""Сестре"" принадлежит к числу самых трогательных произведений русской поэзии. Как поэт-переводчик, П. Якубович совсем иной. Он не только охотно переводит таких представителей ""чистой"" поэзии, как Сюлли-Прюдом, но является главным переводчиком на русский язык того поэта, которого современное ""декадентство"" и символизм считают своим родоначальником - Бодлера. В числе ""переводов"" П. Якубовича, правда, имеются ""тюремные мелодии"" Чезаре Николлини (""Тюрьма, как некий храм, я помню в детства годы пленяла юный ум суровой красотой"") и ""Ирландские песни"" О'Коннора, но этих поэтов столь же трудно отыскать в истории литературы, как и того ""поэта"" Лару, с именем которого напечатано одно из стихотворений Некрасова . Как критик русских поэтов, Якубович-Гриневич гораздо одностороннее; его ""Очерки русской поэзии"" недостаточно справедливо относятся к поэтам чуждых П. Якубовичу настроений. С такой же односторонностью составлена хрестоматия ""Русская муза"". - Пользуясь, как поэт, симпатиями определенной части читающей публики, Якубович-Мельшин встретил всеобщее признание своим ""Миром отверженных"". Критика всех направлений признала, что после ""Мертвого дома"" Достоевского - это самое замечательное изображение тюремного мира. Не проводя в праздных по своей несоизмеримости параллелей между гениальным психологическим захватом Достоевского и просто талантливыми очерками Мельшина, следует, однако, заметить, что ""Мир отверженных"", как сумма реальных наблюдений, дает гораздо больше, чем ""Мертвый дом"". В противоположность Достоевскому, который перенес на арестантов часть своей собственной психологии, Мельшин замечателен трезвым отношением к товарищам по каторге того ""Ивана Николаевича"", от имени которого ведется рассказ. Он чужд всякой идеализации и глубокую безнадежную испорченность тюремного люда нарисовал с такою беспощадностью, что заслужил даже упреки со стороны некоторых народолюбцев. Тем более отрадное и бодрящее впечатление производят далеко не бесплодные попытки ""Ивана Николаевича"" поднять нравственный уровень тюрьмы живым общением с нею на почве обучения грамоте, чтения вслух Пушкина , Гоголя , Лермонтова . В чисто литературном отношении лучшим эпизодом ""Мира отверженных"" является трогательно-поэтической рассказ о смерти по несчастной случайности попавшего в тюрьму юноши-киргиза Маразгали. С. Венгеров.

Возможно Вам будет интересно узнать лексическое, прямое или переносное значение этих слов:

Якубович Александр Иванович - Якубович (Александр Иванович) декабрист (1792 1845). ...
Якубович Василий Филиппович - Якубович (Василий Филиппович) детский врач, родился в ...
Якубович Лукьян Андреевич - Якубович (Лукьян Андреевич) поэт (1805 1839). ...
Якубович Максимилиан Юрьевич - Якубович (Максимилиан Юрьевич, 1785 1853) филолог; ...
Якубович Николай Мартынович - Якубович (Николай Мартынович, 1817 1879) гистолог ...
Якубовичи - Якубовичи русский дворянский род, записанный в VI ...
Якубовский Игнатий Федорович - Якубовский (Игнатий Федорович, 1820 1851) писатель. ...
Якун Намнежич (Зуболомич) - Якун Намнежич (Зуболомич) тысяцкий новгородский XIII века. ...
Якун Слепой - Якун Слепой варяг, носивший на больных глазах ...
Якунины - Якунины русский дворянский род, восходящий к половине ...


Ссылка для сайта или блога:
Ссылка для форума (bb-код):
Код нашей кнопки: